Досье личности

Ценность: 2.714 (7)

Симпатия: 2.571 (7)

дата обновления - 2016-12-02

просмотров - 7

БАБАЕВ Агаджан Гельдиевич

Имя латиницей: Babaev Agadzhan Gel`dievich

Пол: мужской

Дата рождения: 10.05.1929 Возраст (87)

Место рождения: Мары, Туркменистан

Знак зодиака: Телец

По восточному: Змея

География: ЕВРОПА, СРЕДНЯЯ АЗИЯ, СССР, ТУРКМЕНИЯ.

Ключевые слова: академик, географ, знание, наука.

Ключевой год: 1963

БАБАЕВ Агаджан Гельдиевич

туркменский физикогеограф, член-корреспондент АН СССР (с 1976), академик АН Туркменской ССР (с 1975), ее президент (с 1975). Окончил Ашхабадский пединститут (1949). До 1959 г. работал в Туркменском университете, с 1959 г. работал в институте почвоведения АН Туркменской ССР (впоследствии институт пустынь; в 1960-1975 гг. – директор). На XXVIII съезде КПСС 13 июля 1990 г. был избран членом Центральной контрольной комиссии КПСС. Директор Центра по борьбе с опустыниванием Института пустынь Академии наук Туркменистана. С 1992 г. – председатель Комитета по международным премиям им. Ал-Хорезми в области науки и техники. С 1993 г. – член Исламской международной академии наук. В начале 2009 г. был избран в Совет старейшин при Президенте Туркмении. Научные исследования посвящены всестороннему изучению пустынь и физико-географическому районированию республики. Занимался вопросами преобразования и хозяйственного освоения пустынь. Автор монографий «Пустыня Каракумы» (1963), «Оазисные пески Туркменистана и пути их освоения» (1973), «Пустыня как она есть» (1980). Инициатор создания и ответственный редактор журнала «Проблемы освоения пустынь». Председатель Туркменского географического общества. Премия им. Н. И. Вавилова АН СССР (1970).

Источники (5)
Факты (1)

19.02.2011 Мартыненко Ольга

Интервью сентябрь 2008 г: Академик Бабаев: Жизнь в пустынях – будущее человечества? 29.09.2008 16:55 2008 год объявлен годом России в Туркменистане.Пока мы мало знаем о жизни современного Туркменистана и тем более о его ученых. А зря – ведь при новых лидерах наших стран Россия вступила в фазу активного обновления взаимоотношений с южным соседом, основой культуры которого издавна служит Ислам. На XVI конференции Академии наук исламского мира в Казани мне удалось побеседовать с директором Центра по борьбе с опустыниванием Института пустынь Академии наук Туркменистана. Знакомьтесь – академик Агаджан Гельдиевич Бабаев. – Чем вам полезно участие в работе Академии наук стран исламского мира? И можно ли вообще делить науки на исламские, католические, буддийские?.. – Я был избран в состав этой Академии еще в 1993 году. Но не потому, что сам себя туда представлял, были члены комиссии, которые меня рекомендовали. Общение с коллегами со всего мира, научный обмен – вот главное, что в такой организации может интересовать ученого. Вообще же сама наука едина. И ее нельзя делить по конфессиональным отличиям, я даже не согласен, что существует будто бы фундаментальная, а есть отраслевая наука. Они друг друга поддерживают и развиваются совместно. Если бы не было фундаментальной науки, то не было б и отраслевой, и наоборот. У наук нет границ ни национальных, ни политических, ни природных (но, тем не менее, я представляю здесь, в международной Академии, Центральную Азию). Цель у науки одна – изучать природу и общество на благо человечества. – А что вам интересно на встрече с коллегами в Казани? – Я послушал лекции, интересные доклады, которые надо знать не только мне, а всем людям, поэтому считаю, что их надо распространять как можно шире. Конечно, не со всем я согласен, у каждого свой подход к проблемам науки. Я, как вы понимаете, занимаюсь проблемами пустынь. У меня вышло более 350 работ, в том числе 19 книг, изданных и на родине и за рубежом. Наука о пустынях – своеобразная, сложная, но если посмотреть на карту мира, то становится ясной поразительная картина: пустыни занимают одну треть суши! Это громадная территория. А в пустыне жить гораздо труднее, чем в иных природных зонах. Тут обитание можно сравнить только с Арктикой или с тундрой. Остальные природные зоны для жизни более благоприятны, а в пустыне люди должны выживать: высокие температуры летом, низкие зимой, люди должны приспосабливаться к природе. Человек – частица природы, и переделывать ее нельзя. – Но ведь многие убеждены, что задача науки – изучить, чтобы изменить, познать, чтобы переделать! – Я всегда говорил, что воевать с пустыней нельзя. Я слышал постоянно – и от журналистов чаще всего! – о покорении, освоении, завоевании и штурме пустынь. Здесь все должно быть наоборот: только взаимность может принести пользу и пустыне, и человеку. Чем ближе становится человек к пустыне и понимает ее язык, тем лучше. Я выступал здесь с докладом «Экологические аспекты устойчивого развития ситуации в Средней Азии». Центральная Азия – наш исторически, географически и религиозно единый регион. Центральная Азия находится между Восточной Европой и Западной Азией. По существу, она связывает эти два континента. По воле Всевышнего мы оказались в исламском мире, но очень благосклонно относимся и к западной культуре. Сегодня, кстати, здесь был доклад «Расцвет и падение исламской науки». А почему произошло падение? Потому что произошел разрыв с Западом. Сейчас же, напротив, идет подъем, потому что люди начали понимать, что только единение приносит пользу человечеству. – В чем суть проблем жизни человека в условиях пустыни? – Ранимость природы, ее хрупкость. Как эколог могу одно сказать: я давно участвую во всех форумах по проблемам охраны окружающей среды. Так вот, экология, с моей точки зрения, – это бомба замедленного действия. Никто ее и не замечает, а когда случается взрыв, тогда и приходит понимание. Но взрыв должен произойти, если будет продолжаться такое отношение к природе, как ныне! Пустыни и полупустыни даже в естественном виде чрезвычайно ранимы, поэтому любой несерьезный шаг может привести к экологической катастрофе. Человек же сам провоцирует появление таких деградационных процессов. – А каково сегодня положение науки в Туркмении? – Известно, что Туркменистан более 75 лет находился в составе СССР. Я сам учился в русской школе и на русском языке получил высшее образование в Ашхабаде. Потом поступил в ленинградскую аспирантуру и защищал кандидатскую диссертацию. Докторскую диссертацию защищал в Москве. Собственно, при советской власти я не чувствовал, что мы какая-нибудь «окраина», наша республика не ощущала каких-то ущемлений. Сейчас же страна наша на подъеме, мы даже этот период называем «эпохой возрождения страны». Новый молодой Президент ведет, по-моему, очень уравновешенную политику, идет по правильной дороге. Народ это понял и поверил ему. Недавно вышло важное постановление о возрождении Академии наук Туркменистана. По трем направлениям исследований мы вышли на международную научную арену. И первое – это проблема пустынь. Еще в 1959 году была создана специальная кафедра, я возглавил это направление, и оно вышло далеко за пределы Советского Союза. У Академии был статус главного учреждения СССР по этой теме. И недаром именно наш институт завоевал международное признание своими работами. Использование нетрадиционных, так называемых возобновляемых энергий – это второе направление. Имеется в виду энергия солнца, которой у нас в Туркмении хоть отбавляй. Между прочим, в 1912 году в Туркменистане была создана первая в мире научно-исследовательская станция (в масштабе Средней Азии) по изучению аридных (засушливых – ред.) земель. Тогда же проводили железную дорогу от Каспийского моря на восток до Ташкента. Дорогу заносило песками, очень трудно было там строить. Теперь это Репетекский биосферный заповедник. В 1979 году ему присвоен международный статус. Впрочем, вернусь к энергиям. Следующее – это энергия ветра, термальная энергия. Ведь в пустынях очень много горячих подземных источников. Задача ученых – решить, как использовать эти энергии. Третье направление – физиология человека в аридной зоне. Изучалось влияние жаркого климата на организм человека в период трудовой деятельности и сна – весь круглогодичный цикл адаптации человека к этим условиям. Мы разработали оригинальные рекомендации людям, которые приезжают к нам, как себя вести в условиях жаркого климата, чтобы не навредить своему организму. Рекомендации наши были приняты государством и распространены среди людей, которые плохо переносят аридный климат или живут в нем. Итак, вот это три научных направления в Туркменистане. Они уникальны, причем настолько, что никто в мире претендовать на первенство в них не может. И развиты они были при советской власти, и по этим направлениям мы и тогда вышли на международный уровень. Я думаю, наш нынешний Президент постепенно идет к осознанию уникальности нашего научного наследия, он часто говорит, что «без науки любая страна всегда зависима». Дай Бог, чтобы его идеи воплотились в жизнь, чтобы наша наука вышла на соответствующий уровень и чтобы никогда не прерывалась связь с российской наукой. Наш успех – в максимальной близости с Россией, потому что до сих пор мы получаем большую поддержку с российской стороны. Кстати, я являюсь членом Российской академии наук с 1976 года, и мое участие в заседаниях РАН всегда давало и дает сейчас очень много пищи для размышлений, много интересных мыслей. Я приезжаю к себе в Ашхабад, у меня очень много учеников – и кандидатов, и докторов наук – я их всех собираю и рассказываю о том, какие научные направления рассматриваются сейчас в Академии наук России. Или вот теперь, после этой конференции в Казани, они ждут меня с рассказами о том, что обсуждалось на заседаниях и собраниях. Нельзя, чтобы они находились в неведении. – Сейчас многие ученые предсказывают превращение чуть ли не всей планеты Земля в одну огромную пустыню... В связи с неизбежным потеплением климата проблема выживания человека в аридном климате становится все более актуальной? – Эта проблема не сегодня возникла, она давно будоражит умы ученых. У меня официальная договоренность с Институтом глобального климата мониторинга Росгидрометом, и наша цель – выяснить, как будет влиять глобальное потепление на пустыню. Увеличится или уменьшится? Конечно, для нас в Туркменистане потепление давно уже наступило – пустыня теплая, очень мало осадков... Кстати, пустынями мы называем только те территории, где выпадает меньше 200 мм осадков. Если больше 300 мм – тогда это уже степь. У нас почти вся территория получает от 50 до 150 мм осадков. Какое влияние окажет потепление на пустыню? Ученые должны заранее исследовать, а не ждать, когда это наступит. Наш институт занимается исследованием этой проблемы, но нуждается в укреплении материальной и кадровой базы, чтобы наши ученые, живя в пустыне, могли изучать ее. Ведь приезжий ученый может с этим и не справиться. Мы же там живем, чувствуем и знаем пустыни, а приедет кто-нибудь из США или даже из России – ему ведь надо еще адаптироваться…. В 1983 году я написал книгу «Пустыня как она есть», вышла она в издательстве «Эврика». Там я выразил идею о сохранении пустыни, описал ее и особенности жизни в пустыне. – Ваш род укоренен в туркменской земле и проживал там столетиями, не так ли? – Да, я коренной туркмен, родился в небольшом городе Мары, на родине аль-Хорезми. Там была библиотека, в которой находилось три миллиона книг. Аль-Хорезми, между прочим, является родоначальником древнейшей в мире Академии наук. Он создавал в Мары «Дом Мудрости», потом уехал в Дамаск и создал этот дом там. Так что Туркмения – колыбель Академии наук. Еще в X веке Мары процветал. Там учились Омар Хайям, аль-Хорезми, аль-Бируни… А потом – падение наук, которое и до сих пор продолжается. – Нас в России очень порадовало, что новый глава Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедов посетил Казань, причем свой день рождения встретил именно здесь, в Татарстане. После этого был открыт техцентр и сделаны большие закупки…. Какие перспективы развития отношений между Россией и Туркменистаном видите вы как ученый? – По возвращении из Казани наш Президент сказал, что такого отношения нигде не чувствовал – это был беспримерный по дружественности прием. Потом были у нас в Ашхабаде и Медведев, и Шаймиев. Татары нам очень близки по языку, культуре, религии. Очень много татар у нас проживает, много совместных семей. Я в Казани свободно разговариваю с татарами и почти не чувствую языкового различия. Произношение другое, а корни слов тюркских одинаковые. Казань – цвет России. Я вот прошел сейчас по актовому залу университета, видел портреты ученых – ведь не каждая страна может похвастаться таким количеством знаменитостей! Если мы с Татарстаном свяжем свои дела в будущем, то только выиграем. Это одно и то же, если бы мы с Россией связались. Казань место, где начинает процветать вся Россия. Джаннат Сергей Маркус, Казань, август 2008 года
Обсуждение
comments powered by HyperComments
Наверх